А.П. Уманский

(г. Барнаул, Барнаульский государственный педагогический университет)

К ВОПРОСУ О СЕМАНТИКЕ ЗЕРКАЛА ИЗ РОГОЗИХИ

A.P. Umansky
(Barnaul, Barnaul State Pedagogic Institute)
To the question about mirror semantic from the Rogoziha


В 1985 году в ходе аварийных раскопок курганной группы Рогозиха-I (Павловский район Алтайского края) в могиле 1 кургана 5 нами было найдено уникальное зеркало-погремушка.

Могила была ограблена, видимо, еще в древности. На дне её были рассеяны кости человека и животного, отдельные предметы, в частности, крупная бронзовая ворворка в форме усечённого конуса с круглой бляшкой, закрывавшей верхнее отверстие ворворки, роговая пронизка, втульчатый костяной трёхгранный наконечник стрелы, ручка железного ножа; в южном углу лицевой стороной вниз лежали зеркало и недалеко от него и чуть повыше - алтарик из серого гранита на четырёх круглых в сечении ножках: в центре ямы была найдены две синие пастовые бусины; в грабительском перекопе оказался обломок другого алтарика с ножкой в виде небольшой выпуклости.

Самой замечательной вещью в этом комплексе является, конечно, зеркало (рис. 1; рис. 2; прорисовка выполнена П.И. Шульгой) явно восточного происхождения.

Описание конструкции зеркала и изобразительной композиции на его тыльном диске уже даны были мною (Уманский А.П., 1992, с. 56-57), а также мною и П.И. Шульгой (Уманский А.П., Шульга П.И., 1999, с. 62-66); поэтому в этой работе мы ограничимся краткими заметками.

Зеркало состоит из двух круглых дисков, цельно вырезанных из листов высокооловянистой позолоченной бронзы и скреплённых семью заклёпами. Треугольные стержни обоих дисков, на которые была насажена роговая или костяная ручка, обломлены, а сама ручка не сохранилась.

Лицевой диск (его диаметр равен 152 мм) отполирован до блеска и почти не тронут коррозией. Тыльный диск богато орнаментирован, в нескольких местах поверхность его покрыта зеленовато-черными пятнами окислов и повреждена коррозией, к счастью не испортившей сколько-нибудь существенно орнаментацию. Тыльный диск в отличие от лицевого рельефный: этот рельеф образуют конический выступ в центре диска и два концентрически расположенных полых шестигранных в сечении валика. По краю диска пуансоном нанесен орнаментальный пояс из 106 солярных значков с точками в центре (ср. алтайский "кось"). Поле между этим поясом и внешним валиком орнаментировано тремя концентрическими окружностями, пространство между которыми заполнено насечками в виде "елочки" "вершиной" по движению солнца. Между конусом и внутренним валиком четко просматриваются еще две концентрических окружности, а между ними два орнаментальных пояса - один в виде зигзага, а другой из косых насечек. Между этими окружностями и внутренним валиком есть еще один, правда, слабо выраженный валик.

Орнаментация тыльного диска производилась чеканкой уже позолоченного диска, мастер пользовался при этом циркулем, резцом, пуансоном и другими инструментами.

Всё плоское поле между валиками занято изображением сложной сцены религиозно-мифологического содержания, символику и семантику которой еще предстоит разгадать специалистам.

Здесь мы ограничимся только описанием этой сцены и робкими попытками проникнуть в семантику, то есть в смысл, значение этой сцены.

В верхней части зеркала, напротив обломанной ручки, то есть в центре, в профиль изображен слон: у него большие полукруглые уши, толстый, но короткий хобот, из которого как бы растут маленькие бивни, длинный шерстистый хвост, большой миндалевидный глаз, сравнительно тонкое тулово и задние ноги (передние ноги не видны, они "уходят" под внутренний валик). Голова, включая хобот, покрыта мелкими кружочками, уши - шерстью. Круп слона, видимо, закрыт яркой попоной, шея и задние ноги его, вероятно, частично прикрыты броневыми пластинами. На спине слона - низкое седло (?), прикреплённое к крупу широкой и, видимо, нарядной подпругой. На седле не то стоит, не то сидит невзрачная на вид птица, изображённая, как и слон, в профиль (пунсоном обозначена лишь расцветка перьев на шейке, на крыле и на хвостике).


Рис. 1. Могильник Рогозиха -I. Зеркало из могилы 1 кургана 5.



Рис. 2. Могильник Рогозиха-I. Изображение на зеркале из могилы 1 кургана 5.


Перед слоном в полный рост изображено антропоморфное существо, условно названное нами "женщиной": в отличие от реальной женщины лицо у неё лишено нижней челюсти и в сочетании с длинным и острым носом в чём-то напоминает головку рыбы (?). Руки "женщины" согнуты в локтях, левой она придерживает музыкальный щипковый инструмент (видно четыре струны) вроде лютни (?), пальцы обеих рук как бы перебирают струны; на шее её, видимо, богатое ожерелье, на открытой груди - вероятно, дорогая подвеска. Это - явно "музыкантша" (на ногах её, скорее всего, бубенчики или колокольчики).

Сзади слона, напротив "музыкантши", лицом к ней изображена подобная ей фигура и также в полный рост: левая рука её согнута в локте и поднята вверх, правая - опущена вниз; ступни ног поставлены под углом (пятки выше пальцев), причем пальцы левой руки вытянуты, а правой - сжаты в кулачок: мы полагаем, что "женщина" изображена в танцевальной позе (возможно, в позе адорации). Мы назвали эту фигуру "танцовщицей": на руках у неё браслеты, на ногах, видимо, также бубенчики или колокольчики. За спиной "танцовщицы" видна передняя часть второй "танцовщицы" в аналогичной позе с бубенчиками (?) на ноге и браслетами на руке. На головах "музыкантши" и "танцовщиц" - сложные прически, прикрытые высокими головными уборами, несколько напоминающими головной убор богини, оживляющей павшего в битве богатыря на поясной бляхе из Сибирской коллекции Петра I (кстати, на "древе жизни" этой бляхи можно видеть струнный щипковый инструмент: видны 3 или 4 струны) (Грязнов М.П., 1958, рис. 1).

Все три "женщины" изображены, вероятно, в ярких одеяниях, перехваченных по узким талиям поясами, с рукавами до локтей и вырезами на груди; ниже пояса они одеты в "шаровары" чуть ниже колен, а талия каждой обернута широким шарфом или кушаком, завязанным спереди простым узлом так, что длинные концы его спускаются до самых щиколоток ног, перед ними.

Ниже описанной сцены изображены еще три "женщины", аналогичные "музыкантше" и "танцовщицам", правда, уже не во весь рост, а потому их можно для удобства именовать "полуфигурами". У них такие же яркие одеяния, тонкие талии, огромные глаза под тонкими бровями, длинные и острые носы, головные уборы или причёски. Одна из них (левая) обращена лицом к двум другим (правым). Левая полуфигура в согнутой руке держит цветок лотоса, как бы обоняя его, у крайней справа рука согнута в локте и поднята вверх. Любопытно, что "музыкантша" как бы подпирает правой ступней голову крайней справа полуфигуры, а первая "танцовщица" - пальцами правой ноги - головной убор левой; совершенно очевидно, что нижняя сцена связана с верхней, а точнее они составляют единое полотно.

Всё поле вокруг описываемой композиции обрамлено ветвями пальм и др. растений, по нему разбросаны цветы лотоса (у бивня, под ногами "музыкантши" и "танцовщицы") и нераскрывшиеся его бутоны (например перед левой голенью "танцовщицы", между хвостом и задней ногой слона, между птицей и ушами слона).

По всему полю, на первый взгляд произвольно, размещены 20 солярных знаков: самый крупный - на крупе слона, что, по нашему мнению, имеет особое значение; меньшие по размерам значки строго "привязаны" к ногам слона и "женщин", а именно "музыкантши" и "танцовщицы", к рукам (плечам) нижний полуфигур; кроме того, солярные знаки с точкой в середине располагаются под головами всех без исключения "женщин", под нижней губой слона, под шейкой птицы, ими снабжены отдельные бутоны и листики. "Лишний значок изображен лишь у кончика носа крайней правой полуфигуры, что, по-видимому, также не случайно. Под хоботом слона нанесен солярный значок без точки в центре, меньших, чем описанные, размером; ещё 24-25 мелких кружков, также без точек в центре, украшают морду и хобот слона. Используя чеканы разных типов и размеров, искусный мастер стремился показать разнообразие узоров на тканях одежды, попоны, подпруги, и надо признать, добился высокого эффекта экспрессии.

Мы не будем подробно останавливаться на датировке зеркала: уже в первой публикации рогозихинских материалов по аналогии с зеркалами из Пазырыка-V и Мечет-Сая мы датировали его IV-III вв. до н.э., то есть второй половиной пазырыкского времени (Уманский А.П., 1992, с. 57-58). В последней работе, написанной с П.И. Шульгой, мы приходим к выводу о том, что зеркала-погремушки, появившись в VI-V вв. до н.э. бытовали до IV вв. до н.э. (Уманский А.П., Шульга П.И., 1999, с. 74-75). Подтверждением этой даты является находка ещё одного зеркала-погремушки П.И. Шульгой в кургане 1 курганного могильника Локоть-IV (Локтевский район Алтайского края) (Уманский А.П., Шульга П.И., 1999, с. 76).

В восточном происхождении зеркала из Рогозихи едва ли может быть сомнение: изображение слона, характерная переднеазиатская (южноазиатская) манера изображения больших миндалевидных глаз, вид одежды со спускающимися от пояса длинными концами шарфа, цветы и бутоны лотоса, тип головного "ярусного" убора и др. убедительно доказывают это. Вместе с тем, нельзя не отметить того, что безусловно индийский слон (большие, широкие уши и пр.) на рисунке имеет реальные маленькие бивни, которые не из черепа растут, а как бы приклеены к хоботу - либо мастер не знал натуры, либо сознательно таким образом подчеркивал, что имеет ввиду не реального, а священного слона; добавим к этому, что туловище и ноги слона неправдоподобно тонкие - может быть, изображён слон после мады (течки), во время которой они заметно худеют? Но скорее это благой слон (см. Ниже).

Из этого следует, что зеркало скорее всего сделано за пределами Индии. Однако мы убеждены, что сюжетную основу орнаментации рогозихинского зеркала надо искать в религиозной мифологии этой страны.

Прежде всего, по нашему мнению, мастер изобразил праздничное шествие, о чём говорит убранство слона и яркопёстрые одежды "женщин": идёт нарядный слон, а перед ним - "музыкантша" и за ним, сзади - "танцовщицы". Торжественные шествия с участием слонов известны в Индии с глубокой древности. Одно из них - парад войск султана - описал знаменитый русский путешественник, тверской купец Афанасий Никитин. Сначала с султаном прошли 300 слонов "наряженых в доспехах булатных и з городки", в которых сидели по 12 воинов ("на великих слонах") и по 6 (на простых). После султана шествовал "благой слон да за ним же благой слон, наряжен весь в камке" с железной цепью "во рте", ... "а перед ним певцы да плясцов много" (Никитин А., 1948, с. 63). "Благой" слон в переводе книги значит - "наряженый" (Там же, с. 84), на самом деле "благой" - это умеренный в пище, а потому нетолстый, поджарый (Мокшадхарма, 1961, с. 212). Возможно, как сказано выше, в нашем случае ноги и шея слона частично прикрыта булатными доспехами, а сам он "весь в камке", перед ним "музыкантша", за ним - плясуньи. Явно, что это не парад, а праздничное шествие.

На первый взгляд доминантой всей сцены является фигура слона. Однако радостно, с песнями и плясками приветствуют не собственно слона, а птицу, которую он везёт. Что же это за птица? Аф. Никитин пишет, что в Индии есть "птица гукук, летает ночи, а кличет "гукук". А на которой хоромине седить, то тут человек умрёть, а кто ея хочет убити, ино у нея изо рта огонь выйдеть" (Никитин А., 1948, с. 16).

Мы считаем, что птица гукук - это всем известная кукушка. Известно более 100 видов только азиатской кукушки, широко распространённой как в Азии, так и в Европе. Эти серенькие, невзрачные птички обратили на себя внимание людей тем, что около 50 видов из них гнёзд не строят, подкладывая яйца в чужие гнёзда, сами не кормят и не воспитывают птенцов. В народных поверьях индоевропейских племён и народностей кукушка считается вещей птицей: она якобы может своим криком "ку-ку" (она не относится к певчим птицам и способна лишь произносить единственный звук "ку-ку") предсказать, сколько лет осталось жить человеку. Не случайно в древней Индии кукушка наряду с ветрами, облаками, горами, реками, лебедями, к которым индусы обращались с различными вопросами и просьбами (Лал Л.Д., 1957, с. 451). У индо-европейских народов кукушка считается предвозвестником несчастья, горя, потому люди не любят её и опасаются её пророчеств. Внешний вид и окраска оперенья реальных обыкновенных кукушек идентичны расцветке её оперения на рогозихинском зеркале.

Таким образом, в некоторой степени семантика изображения на зеркале может быть понята из реалий жизни индусов (празднества с участием слонов, поверья, связанные с почитанием кукушки).

Однако этого недостаточно: для более полного объяснения смысловой нагрузки сюжетной основы изображения необходимо привлечь эпос и в частности "Махабхарату".

Мы отнюдь не претендуем на решение поставленной проблемы на базе этого замечательного эпического произведения Индии: для этого необходим глубокий и всесторонний анализ содержания этого великого творения. Но нам хотелось бы обратить внимание на некоторые сюжеты "Махабхараты", на отдельных её героев и действующих лиц дабы привлечь к решению названной проблемы высококлассных специалистов по эпосу.

В религиозной мифологии индуизма наряду с описанием небесных сфер и небожителей определённое внимание уделяется подземному царству, где главенствует бог Яма. Вход в царство Ямы находится в дебрях тропического леса, где-то у подножия Гималаев, он имеет вид ямы или колодца, накрытого крышкой, на которой якобы стоит слон. В "Махабхарате" есть описание водоема (на это место в книге обратил внимание П. Метелёв, за что я ему благодарен), посредине ужасного леса, полного диких зверей, опутанного тенётами; скрытого рослыми жёсткими травами колодца, внутри которого некто "дваждырожденный" заметил огромного сильного змея, "огромного слона он увидел на краю крышки колодца" (в индийском эпосе "змей" и "слон" однозначно обозначают время (Махабхарата, 1963).

Таким образом, возможно тыльный диск зеркала является эквивалентом крышки колодца Ямы: здесь мы видим слона, ветви пальм и др. растений, символизирующие заросли и др. Священный характер самого места вокруг колодца иллюстрируется 106 солярными знаками, расположенными по самому краю диска. О религиозно-мифологическом содержании всего сюжета свидетельствуют такие же значки под "лицами" "женщин", у хобота слона, у ног и на его крупе и др.

Нам представляется, что все действующие в этой сцене персонажи - и слон, и "женщины", и птица - это небожители, что сюжетом её является праздничная торжественная процессия, в центре которой находятся слон и птица. Именно их приветствуют музыкой и танцами "женщины" (вероятно, апсары - "райские красавицы, нередко по велению богов соблазнявшие отшельников, искусные плясуньи") (иными словами гетеры - А.У.) (Хождение по криницам, 1962, с. 571; Мокшадхарма, 1961, с. 341). Сверху шествие осыпают цветами и бутонами лотоса. Кого же так приветствуют? Возможно, вещую птицу кукушку, везущую известие о смерти (владелицы зеркала ?). Но, возможно, так встречают верховное божество - Индру, который перевоплотился в кукушку (Индра, кстати, обычно ездил на слоне). Но не менее вероятно, что в седле восседает Великая Матерь, которая могла, по поверью кельтов, превращаться в кошку или в птицу. В таком случае в качестве Слона выступал сам Индра. Не это ли обстоятельство подчеркивается крупным солярным знаком на его задней ноге и ещё двумя знаками - между задних ног и под мордой? Видимо, не случайно и сравнительное обилие цветов лотоса, служившего украшением богинь, особенно Великой Матери.

Три "женских" полуфигуры, вероятно, божества подземного царства, напоминающие либо греческих парок-богинь судьбы, либо триаду богинь у племён Северной Европы римской эпохи и, по-видимому, олицетворяющими рождение (юность), жизнь (зрелость) и смерть (старость).

Конечно, наша гипотеза, видимо, достаточно далека от разгадки семантики рогозихинского сюжета: очевидно, разгадку его надо искать в дебрях индийской религии, мифологии, философии, эпоса, и это потребует усилий может быть не одного поколения специалистов разного профиля.

Заданный объём статьи вынуждает нас пока ограничиться сказанным выше, в надежде ещё вернуться к этой теме.

|Вернуться к публикациям|