А.А. Тишкина

(г. Барнаул, Алтайский государственный университет)

ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ АО РГО В 1924-25 ГОДАХ В СВЯЗИ С ПРИЕЗДОМ НА АЛТАЙ С.И. РУДЕНКО И М.П. ГРЯЗНОВА

A.A. Tishkina
(Barnaul, Altai state university)
The work of AD RGS in 1924-25 years because of S.I. Rudenko and M.P. Gryaznov arrival to Altai


Впервые С.И. Руденко прибыл на Алтай в 1924 году во главе Алтайской экспедиции Э этнографического отдела Русского музея, члены которой предполагали заниматься изучением быта коренного населения Алтая, обследованием археологических памятников этого региона (Руденко С.И., 1952, с. 5-6), а также хотели "...предпринять...пробные раскопки Больше-Реченского городища, являющегося памятником бронзового века" (ЦХАФ АК. Ф. 140. Оп. 1. Д. 12. Л. 76). В связи с последним планируемым мероприятием С.И. Руденко обратился к Совету Алтайского отдела Русского географического общества (в дальнейшем АО РГО) с предложением принять участие в его археологических исследованиях. Очевидно, испытывая нужду в средствах, он просил выделить 100 рублей для работ на памятнике в 1924 году, а со своей стороны обязывался передать для коллекции Барнаульского музея часть археологических находок, которые надеялся там обнаружить. В зависимости от результативности исследования предполагалось организовать специальную экспедицию для более значительных раскопок на памятнике и в 1925 год,

Экстренное заседание членов Совета АО РГО, на котором обсуждалось предложение С.И. Руденко, состоялось 17 июля 1924 года. Собственных средств организация не имела, однако по общему мнению всё же было бы "...крайне желательным воспользоваться настоящим случаем для пополнения музея ископаемыми из времен бронзового века, в чем музей испытывает острый недостаток..." (Там же). Члены Совета поручили И.М. zЗалесскому обратиться с ходатайством к Председателю Губисполкома "...об отпуске 100 рублей для оплаты части расходов по раскопке Больше-Реченского городища в текущем году..." (ЦХАФ АК. Ф. 140. Оп. 1. Д. 11. Л. 26). В составленном документе подчеркивался научный интерес предполагаемого исследования, как способствующего выяснению жизнедеятельности первобытных обитателей Алтая и получению новых экспонатов для пополнения коллекции Барнаульского музея. Кроме того, Совет АО РГО предложил С.И. Руденко подготовить смету расходов для планируемой в 1925 году археологической экспедиции с тем, чтобы заранее обратиться в Губоно об её увеличении на 1200-1500 рублей "...для оплаты доли участия Алтайского отдела в экспедиции профессора Руденко и представлении отделу части найденного при раскопках материала" (Там же).

По-видимому предполагалось и непосредственное участие членов АО РГО в экспедициях 1924-25 годов. Так, сохранилось обращение И.М. Залесского о выдаче ему командировочного свидетельства для участия в экспедиции С.И. Руденко по Горному Алтаю в качестве орнитолога. Просьба его была удовлетворена, но пока не обнаружено документов, свидетельствующих о реализации такой поездки.

Отряд под руководством С.И. Руденко предполагал возвратиться из Горного Алтая в Барнаул в первых числах сентября 1924 года. Согласно сделанному ранее предложению Совета АО РГО, ученый собирался выступить перед жителями Барнаула с докладами на темы: "Задачи краевого музея и его связь с научной деятельностью местного общества" и "Научные результаты Алтайской экспедиции" (ЦХАФ АК. Ф. 140. Оп. 1. Д. 12. Л. 80а). Документы, подтверждающие или опровергающие последнюю информацию, не зафиксированы. В октябре 1924 года по запросу Западно-Сибирского отдела РГО был составлен отчет об экспедициях Алтайского отдела за последние годы. В этом источнике сведения о сотрудничестве с С.И. Руденко не указаны (ЦХАФ АК. Ф. 140. Оп. 1. Д. 11. Л. 33). Вероятно, планируемые мероприятия не осуществились из-за отсутствия для этого финансовых средств. Тем не менее, приезд С.И. Руденко на Алтай вызвал оживление в деятельности местной краеведческой орга-низации и способствовал обращению внимания на необходимость пополнения археологической коллекции Барнаульского музея, "...имеющему большое значение..., как единственный наглядный источник исторических знаний..." (ЦХАФ АК. Ф. 140. Оп. 1. Д. 12. Л. 76)

В АО РГО поступили два обращения Российской Академии истории материальной культуры (АИМК), датированные 14 июля 1924 года. Одно из них содержало информацию о деятельности учреждения по приведению в известность всех памятников материальной культуры на территории республики и о действенных мерах по их сохранению. Для этого Академия запрашивала сведения о проводимых археологических изысканиях, о местонахождениях случайных находок, о состоянии местных музеев и пополнении их коллекций древностями (ЦХАФ АК. Ф. 140. Оп. 1. Д. 10. Л. 99). В другом документе за N 2550 сообщалось, что с 1919 года АИМК является правоприемницей бывшей Археологической комиссии и занимается регистрацией археологических находок, полученных как в результате научных раскопок, разведок, так и случайно обнаруженных частными лицами при проведении земляных работ. Одновременно с этим производился учет ранее обнаруженных древностей, но по различным причинам не вошедших в научный оборот. Отмечалось, что все эти находки будут фиксироваться на специальных археологических картах, разработанных сотрудниками Академии. Ввиду того, что указанная регистрационная работа напрямую зависела от точности и полноты получаемых сведений, АИМК обращалась за содействием к местным краеведческим организациям (Там же. Л. 100). На заседании Совета АО РГО 31 мая 1925 года И.М. Залесский доложил о полученном от С.И. Руденко письме, в котором сообщалось о предстоящей поездке на Алтай и о возможности прочесть платную лекцию на тему "Восточный Алтай и теленгиты", при условии, если члены организации возьмут на себя заботы по её устройству. Ученый просил обеспечить большую аудиторию слушателей, чтобы полученный доход использовать для проведения археологических раскопок (ЦХАФ АК. Ф. 140. Оп. 1. Д. 11. Л. 60). Члены Совета согласились заняться устройством лекции. Срочно были приняты все необходимые действия по подготовке мероприятия: А.П. Велижанину поручалось договориться об услугах электромонтера, И.М. Залесскому - подготовить помещение и заказать афишу, Б.С. Быкову требовалось получить разрешение для проведения лекции от городского административного отдела, а также заняться доставкой экрана и волшебного фонаря. Для успеха намеченного дела решили поместить в местном органе печати информацию о приезде С.И. Руденко в Барнаул. Это задание получил П.А. Казанский.

В газете "Красный Алтай" © 123 за 2 июня 1925 года была опубликована заметка, в которой говорилось, что 4 июня АО РГО устраивает публичную лекцию профессора Ленинградского университета С.И. Руденко, а чистый сбор от продажи билетов "...пойдет на производство...раскопок на Алтае, с тем, что найденные при них предметы поступят в местный музей". Позже, в © 125 этой же газеты, в рубрике "Новости дня", сообщалось о прибытии научной экспедиции под руководством С.И. Руденко и уточнялось, что лекция состоится в 8 часов вечера в помещении курсов коммерческих

знаний. В © 129 за 9 июня появилась статья неизвестного автора "Лекция профессора Руденко". В ней передавалось краткое содержание доклада, основанного на результатах научной экспедиции 1924 года. При этом отмечены дополнительные сообщения лектора о геологическом строении Горного Алтая и о Телецком озере. Особо было сказано, что "лекция иллюстрировалась картинками волшебного фонаря, где перед слушателями-зрителями проходили картины быта и нравов теленгетов, красот природы и памятников старины". На заседании Совета АО РГО И.М. Залесский сообщил о получении за лекцию сбора в 23 руб. 50 коп. Из них С.И. Руденко выдали 10 руб., а расходы по организации мероприятия составили 8 руб. 50 коп (ЦХАФ АК. Ф. 140. Оп. 1. Д. 11. Л. 60-61). В дальнейшем в протоколах заседаний Совета за 1925 год нет сведений о взаимодействии С.И. Руденко и членов отдела. Вероятно, местная краеведческая организация не имела реальной возможности участвовать в подготовке и проведении научных исследований по археологии и этнографии, на том уровне, который предполагал ученый.

Летом 1925 года на Алтае проводил археологические исследования М.П. Грязнов (1956, с. 5). В протоколе заседания Совета АО РГО за 5 августа среди присутствующих он указан как "сотрудник института Археологической технологии". Осмотрев в Барнаульском музее коллекцию археологических предметов, М.П. Грязнов обнаружил, что все экспонаты по мере поступления просто прикреплялись к картону для обозрения. Имея возможность между работами бывать наездами в Барнауле, он предложил свои услуги по приведению коллекции в надлежащий вид: перенумеровав экспонаты и снабдив каждый соответствующей этикеткой, расположить их в систематическом порядке. В связи с этим в протоколе заседания отмечено, что "...случай, когда можно воспользоваться услугой специалиста по приведению археологической коллекции в должный порядок является в Барнауле редким, Совет с глубокой признательностью принимает предложение Михаила Петровича с тем, чтобы вся техническая работа была выполнена сотрудниками Музея" (ЦХАФ АК. Ф. 140. Оп. 1. Д. 11. Л. 66). М.П. Грязнов заверил, что предстоящие расходы по данной работе будут незначительными. Свои услуги он предлагал бесплатно. Так же в библиотеку АО РГО исследователь передал несколько изданий новой серии "Материалы по методологии археологической технологии": Вып. 1. Сбор органических остатков при палеоэтнографических и археологических раскопках (под редакцией М.И. Тихого). Л., 1924. 16 с.; Вып. 2. Очистка и сохранение металлических предметов древности. Составлено Н.Н. Курнаковым и В.А. Унковской (под редакцией В.А. Шавинского). Л., 1924. 36 с.; Вып. 5. Инструкции для измерения черепа и костей человека. Составлено профессором С.И. Руденко и М.П. Грязновым. Л., 1925. 40 с. и 39 рис. Позже в библиотеке отдела появились другие выпуски указанной серии (Там же. Л. 65-66; ЦХАФ АК. Ф. 140.Оп. 1. Д. 15. Л. 93; Д. 21. Л. 49). Члены АО РГО имели возможность получать от М.П. Грязнова консультации по любым археологическим вопросам. В августе 1925 года от В.Е. Буторина пришло письмо, в котором сообщалось, что в окрестностях с. Шелаболихи местными жителями был раскопан курган и из него извлечены "...человеческий череп, глиняная посуда и другие предметы" (ЦХАФ АК. Ф. 140. Оп. 1. Д. 15. Л. 86). Это известие своевременно передали М.П. Грязнову, а агроному Высоцкому, проживавшему в селе Шелаболиха, Совет АО РГО направил письмо с рекомендацией принять необходимые меры к сохранению находок и передачи их в Барнаульский государственный музей. При этом предписывалось, чтобы к каждому найденному предмету обязательно был бы прикреплен ярлык с указанием места и обстоятельства, при которых он обнаружен, а также "...фамилию лица, его представляющего, на случай если бы понадобились какие-либо дополнительные сведения". Кроме этого требовалось составить описание месторасположения кургана, его размеров и полного комплекса встреченных предметов. Пояснялось, что все археологические находки считаются государственной собственностью и "...у частных лиц могут быть взяты без вознаграждения и препровождены в музей", а раскопки курганов возможны только при наличии разрешения от Академии наук и лицами со специальной подготовкой (Там же. Л. 87).

Пребывание на Алтае в 1924-25 годах С.И. Руденко и М.П. Грязнова оказало благотворное влияние на деятельность АО РГО. Впервые этой организации была оказана действенная профессиональная поддержка специалистов-археологов, оценены по достоинству древнейшие памятники Алтая, систематизирована и приведена в порядок археологическая коллекция Барнаульского музея. Отдел получил необходимые инструкции и рекомендации по сохранению археологических объектов. Благодаря этому члены Совета АО РГО своими силами пытались решать zвозникающие проблемы в связи с обнаружением древних памятников.

В ноябре 1925 года из публикации в газете "Советская Сибирь" (N 251) стало известно о том, что на территории коммуны "Ливадия" Кашкарогаинского района был разрыт курган, а часть извлеченных археологических предметов нашла употребление в домашнем обиходе. Совет письменно обратился к председателю коммуны с просьбой "...собрать всё, что возможно и доставить в государственный музей" (ЦХАФ АК. Ф. 140. Оп. 1. Д. 19. Л. 3).

|Вернуться к публикациям|