В.Н. Шайдуров

Алтайский государственный университет

МЕННОНИТЫ СИБИРИ И ВОЕННАЯ СЛУЖБА В ГОДЫ ПЕРВОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ

Переселение в Россию во второй половине XVIII в. различных групп немецких колонистов было сопряжено с предоставлением им привилегий. Для переселенцев первой волны (1760-е гг.) они были оговорены в манифесте 1763 г. Одной из таким привилегий было освобождение на "вечные времена" от рекрутской повинности1, которая являлась одной из наиболее обременительных для податного населения Российской империи того времени. То есть она была распространена на всех иностранных переселенцев, оказавшихся в России на основании этого документа. Переселенцы-меннониты, переселяв-

155


шиеся в Новороссийское наместничество в последней четверти XVIII в., оговорили для себя освобождение от рекрутчины в соответствии с нормами вероисповедания. Это нашло свое отражение в так называемых "просительных статьях", составленных меннонитами и получивших одобрение Г.А. Потемкина и утвержденных Екатериной II. На неменнонитов были распространены нормы уже действовавшего манифеста 1763 г.

В период военных действий в течение первой половины XIX в. власти не привлекали немецких колонистов к несению военной службы. Однако немцы оказывали посильную помощь действующей армии, обеспечивая ее фуражом, продовольствием, предоставляя лошадей и повозки. Наиболее ярко эта помощь проявилась в годы Крымской войны (1853-1856 гг.).

Перелом в правительственной политике приходится на 1870-е гг. В рамках проведения буржуазно-демократических реформ осуществлялись мероприятия по ликвидации противоречий, имевшихся между различными группами населения страны. В отношении российских немцев это, в частности, нашло свое отражение в проведении реформы колоний, в ходе которой был ликвидирован статус колонистов, а его носители слились с массой прочих поселян-собственников. Следующий шаг был сделан в ходе проведения военной реформы. В 1874 г. новый "Общий устав о воинской повинности" определил, что защита Отечества является почетной обязанностью всех подданных. Однако эти шаги со стороны правительственных кругов негативно сказались на развитии немецкой диаспоры в России. Это отразилось в зарождении эмиграционного движения из Империи, в первую очередь, в американские страны2.

Большой отток немцев заставил власти пойти на пересмотр положений военной реформы в отношении некоторых категорий. В частности, меннониты стали проходить "альтернативную" службу в мастерских морского ведомства, в пожарных командах и особых подвижных командах лесного ведомства. В период ведения военных кампаний они привлекались в санитарные команды.

На рубеже XIX-ХХ вв. меннониты переселяются за Урал, в том числе в Юго-Западную Сибирь. Здесь они также придерживались норм вероисповедания. Со своей стороны власти соблюдали нормы действовавшего законодательства: часть меннонитов призывного возраста проходила службу в лесничествах Западной Сибири. Так, например, на 1 января 1914 г. в Исилькульском лесничестве проходили службу 44 меннонита3.

Первая мировая война не обошла стороной российских немцев, проживавших в Сибири. Значительная часть немцев-лютеран и католиков была призвана в действующую армию. Но они принимали участие в военных действиях на Кавказском фронте. Меннониты оказались на службе в различных частях вспомогательного характера, в том числе отрядах Лесного Департамента Управления Земледелия и Государственных имуществ (далее УЗиГИ). При этом служащие

156


лесничеств, в чьем подчинении оказывались мобилизованные меннониты, соблюдали территориальную принадлежность контингента.

В границах Семипалатинской области было определено несколько лесничеств, в которых меннониты использовались для выполнения различных работ. Но в основном, они были заняты на охране леса и вспомогательных работах. Так, например, в Усть-Каменогорском лесничестве они вели работы в питомнике по ремонту семяносушилки и заготовки для нее дров4. При этом порядок работы в лесничестве носил регламентированный характер. Это нашло свое выражение в установлении единой ежегодной нормы отработанных дней (184 дня), нормы оплаты труда независимо от ее характера (20 коп./день) 5.

Относительно труда "обязанных рабочих" в годы войны можно говорить о его милитаризации. В дополнение к приведенным выше фактам необходимо добавить, что согласно распоряжения Лесного Департамента от 16 мая 1915 г. меннониты не получали деньги за выполненную работу6, хотя лесничества регулярно отчитывались об объемах выполненных ими работ в рублях.

Меннониты, оказавшиеся в ведении местных УЗиГИ, не были вольны в перемещении. Достаточно частыми были переводы "обязанных работников" не только из одного лесничества в другое, но даже в другие регионы страны. Так, например, во второй половине 1916 г. из Боровского лесничества Акмолинско-Семипалатинского УЗиГИ пять человек было переведено в распоряжение Костромско-Ярославского УзиГИ7.

Таблица 1

Численность обязанных рабочих - меннонитов
в лесничествах Семипалатинской области

Лесничество

на 31.12.1915 г., чел.

на 31.12.1916 г., чел.

Усть-Каменогорское 3 3
Семипалатинское 5 15
Боровское 22 20
Степное нет данных 8

Источник: ГАОО. Ф. 354. Оп. 2. Д. 3. Л. 3, 7об., 9об., 11-12.

В течение почти всего военного периода меннонитам было запрещено покидать пределы лесничеств. Только в апреле 1917 г. "министром земледелия разрешено начальникам Управлений Земледелия и Государственных имуществ увольнять в отпуск обязанных рабочих меннонитов моложе 45 лет для уборки предстоящего урожая только в том случае, если они состоят единственными работниками в семье" 8. В то же время срок отпуска был определен всего в две недели без учета дороги до места жительства9.

Однако число меннонитов, оказавшихся на работах в лесничествах Сибири было невелико, о чем свидетельствуют данные приводимые ниже (см. табл. 1).

157


Можно говорить о том, что количественный состав контингента не был стабильным. Достаточно частыми были переводы меннонитов, о чем было сказано выше. Однако применительно к данным лесничествам отсутствовали факты передачи обязанных рабочих в военное ведомство.

Таким образом, в течение 1910-х гг. меннониты и власть сохраняли хрупкий компромисс в вопросе об отбывании воинской службы, достигнутый в последней трети XIX в. Даже начавшаяся Первая мировая война не привела к изменению сложившейся ситуации, что можно объяснить уважением сторонами взаимных интересов.

ПРИМЕЧАНИЯ

1. ПСЗРИ-I. СПб., 1830. Т. 16. N 18880.

2. Подробнее см., напр., Stumpp K. Das Russlanddeutschtum in Uebersee // Heimatbuch der Deutschen aus Russland - 1966. Stuttgart, 1966. S. 12.

3. Советское государство и евангельские церкви Сибири в 1920-1941 гг.: Документы и материалы. Новосибирск, 2004. С. 10.

4. ГАОО. Ф. 354. Оп. 2. Д. 3. Л. 4.

5. Там же. Л. 3об. - 4, 7об. - 8, 9об. - 10. Подсчет наш.

6. Там же. Л. 10.

7. Там же. Л. 9об.

8. Там же. Л. 17.

9. Там же

. Вернуться к содержанию